Газета "Кишиневские новости"

Новости

РОССИЯ В НЕГАТИВЕ

13 ноября
09:01 2014

Что хуже санкций

Санкции становятся нормой жиз­ни в россии, как воздух, которым мы дышим: вроде бы они есть — и в то же время в будничной жизни простого россиянина не чувству­ются. Рост цен? Люди реагируют на него без особого удовольствия, но на улицы с маршем пустых кастрюль никто не выходит. Девальвация ру­бля, а значит, и обесценение рубле­вых сбережений? Тоже неприятно, но опять же видимых признаков паники у банкоматов и обменных пунктов не отмечается.

Определенного типа «эксперты» повто­ряют, как мантру, в СМИ, что санкции никог­да и нигде не были эффективными. Правда, с приводимыми примерами слабовато.

Куба? Санкции уже более 50 лет держат фактически лишь США. Все остальные страны спокойно с этой страной торгуют. И что? Ку­бинцы благоденствуют? Они при первом же случае бегут в те же Соединенные Штаты от беспросветной нищеты кастровского режи­ма. Мне бы очень хотелось, чтобы наши «про­пагандисты» и «эксперты» хотя бы несколько месяцев прожили на Кубе на доходы местного жителя, не имея долларов, присланных род­ственниками из Флориды.

Ирак? Жалко, что американцы прервали санкционный эксперимент над этой страной своим вооруженным вторжением. Даже если бы Саддам Хусейн, опираясь на огромный репрессивный аппарат, продержался еще не один десяток лет, в стране произошла бы со­циальная катастрофа: полный упадок здраво­охранения и образования, разгул мракобесия и средневековой дремучести. Этакий прооб­раз нынешнего «Исламского государства». В итоге — развал страны на курдскую, суннит­скую и шиитскую части. Американцы своими непродуманными действиями просто ускори­ли такое развитие событий.

Наконец, самый популярный пример — Иран: длительные и мощные санкции, вплоть до отказа Запада покупать тамошнюю нефть, а власть аятолл — нерушима. Но мы видим, что недавно избранный президент этой стра­ны (без соизволения духовного лидера кото­рой это было бы невозможно) начал развора­чивать курс. И вот-вот санкции будут серьезно смягчены, а то и отменены вовсе. Причинно-следственная связь прослеживается?

Когда обсуждается вопрос эффективно­сти санкций, то надо сначала договориться, как ее мерить. Понятно, что единого критерия быть не может. Но все упомянутые исходы свидетельствуют о том, что санкции бесслед­но не проходят.

Базовых варианта два:

— ухудшающееся до крайности положе­ние населения с продолжающими царство­вать диктаторами, что рано или поздно закан­чивается крахом режима (к этому неумолимо идут Куба и Сирия, по этому сценарию раз­вивались события в Ираке до американского вторжения);

— смена курса. Кроме Ирана здесь лю­бопытен пример Ливии, которая вынуждена была после введения международных санк­ций раскаяться за устроенную ею авиака­тастрофу над Локкерби (правда, Каддафи в конечном счете это все равно не помогло за­кончить свои дни в собственной постели под плач подданных).

Но есть и третий вариант, который про­сматривается на примере КНР: нахождение формулы, когда фактическая отмена санк­ций позволяет сохранить лицо всем сторо­нам.

После событий на площади Тяньаньмэнь в 1989 году США и «Большая семерка» прио­становили поставки оружия Пекину. А затем американцы ограничили экспорт туда высо­котехнологической продукции и временно отменили режим наибольшего благоприят­ствования в торговле. Китай все это спокой­но перенес, не снизив темпы экономического развития и не растеряв внутреннюю стабиль­ность. Причин такого развития событий не­сколько:

— Запад по факту не стал настаивать на строгом соблюдении санкций и тем более их ужесточении из-за того, что китайская «про­винность» не идет ни в какое сравнение с нападением на соседнюю страну, захватом в заложники иностранных дипломатов или развязыванием геноцида собственного на­селения;

— китайская экономика уже в конце 80-х имела диверсифицированный характер, и ее состояние не зависело от продаж на миро­вом рынке какого-то одного типа продуктов, например минерального сырья;

— Китай после кровавых событий 1989 года очень медленно, но пока неуклонно рас­ширяет поле индивидуального выбора, хотя, конечно, до полноценной демократии ему еще очень далеко. Повторение разгона лю­дей по образцу Тяньаньмэня хотя все еще возможно, но маловероятно. Это видно по поведению китайских властей по отношению к протестующим в Гонконге.

Ситуация с санкциями против России имеет любопытную новацию. Они впервые применены в отношении крупной страны, которая по всем критериям является средне­развитой, с динамикой развития, еще недав­но позволявшей надеяться на вхождение в клуб самых экономически продвинутых дер­жав мира. Кроме того, Россия является по­стоянным членом Совета Безопасности ООН и все последние годы входила в «Большую восьмерку». Дает ли это шанс на выход из си­туации по третьему, китайскому сценарию?

На мой взгляд, вряд ли.

Во-первых, поводом для санкций в нашем случае стало присоединение территории, ко­торая согласно международным договорам, в т.ч. подписанным Россией, принадлежит другому государству.

Во-вторых, мы прямо вовлечены в кон­фликт на востоке Украины хотя бы из-за уча­стия в боевых действиях многочисленных до­бровольцев — граждан России.

В-третьих, в отличие от Китая наша эко­номика накрепко подсажена на нефтегазовую иглу, что привело к фактической остановке ее роста еще до украинского кризиса.

Хочу обратить внимание и на то, что санк­ции в отношении России — это не только фор­мальные решения тех или иных стран. Начало наблюдаться отторжение нашей страны и в массовом сознании Запада. Конечно, можно не обращать на это внимания, но стремитель­но развивающийся разрыв научных и гумани­тарных связей между нами и «ими», к которым тамошние правительства не имеют никакого отношения, — это факт. Тут сказывается пси­хологический эффект совершенно колоссаль­ного разочарования: еще пару лет назад Рос­сия считалась на Западе страной, которая, несмотря на все зигзаги, движется по евро­пейскому пути. Наверное, для стран малораз­витых это не так важно (хотя и окончательно подрубает их цивилизованное будущее), но для России, с ее научно-техническими и эко­номическими амбициями, это грозит выбы­тием навсегда из когорты претендентов на статус высокоразвитой державы.

Масса негатива по отношению к России, накопившегося в западном общественном мнении (в т.ч. в СМИ), оказывает очень силь­ное давление на западные правительства. С другой стороны, Россия пока не проде­монстрировала желания найти формулу по китайскому образцу — с сохранением лица всех участников конфликта. Поэтому санкции — это пока всерьез и надолго. Со всеми выте­кающими отсюда негативными последствия­ми для экономики и социальной сферы.

О чем в этих условиях надо позаботить­ся в первую очередь, чтобы после окончания этого конфликта (а оно когда-нибудь, я наде­юсь, состоится) придать России долгождан­ную динамику развития?

Надо во что бы то ни стало спасать че­ловеческий капитал. Его качество, несмотря на серьезные финансовые вливания в обра­зование и здравоохранение последних лет, остается неудовлетворительным. Наше го­сударство тратит на эти два важнейших со­циальных направления примерно в два раза меньше (если сопоставлять долю в ВВП), чем в странах Организации экономического сотрудничества и развития, куда мы еще не­давно хотели вступить.

Поэтому бюджетная политика должна быть пересмотрена. Давайте экономить на расходах по производству оружия и не ввязы­ваться в очередные заведомо неэффективные долгострои за государственный счет. А вы­свобожденные средства отправим на охрану здоровья, образование и развитие культуры. Тут, конечно, понадобится крепко подумать над тем, как их не профукать, что неоднократ­но случалось в нашем недавнем прошлом, а потратить с наибольшей отдачей. Может, хотя бы на это нам оставшегося здравого смысла хватит?

Евгений ГОНТМАХЕР, экономист.

Поделиться:

Об авторе

admin

admin

Курсы валют

USD18,20+0,06%
EUR20,40+0,01%
GBP22,90–0,02%
UAH0,68–0,21%
RON4,32+0,06%
RUB0,28+0,06%

Курс валют в MDL на 17.06.2019

Архив