Газета "Кишиневские новости"

Новости

НЕДЕТСКИЕ ИГРЫ ПРЕСТОЛОВ

26 января
02:40 2017

Как поссорились семьи высокопоставленных российских чиновников

Экс-глава ГУВД Москвы Владимир Пронин (уволенный в 2009 году, после того как начальник ОВД «Царицыно» майор Евсюков расстрелял людей в столичном супермаркете) попал, похоже, в пренеприятнейшую историю. Его бывшая невестка Екатерина затеяла судебный процесс. Девушка (кстати, дочь высокопоставленных правительственных работников) разоблачает экс-мужа и экс-свекра, пытаясь вернуть себе ребенка.

По иронии судьбы, в самый разгар боевых действий мама Екатерины работала в Доме приемов правительства, а свекор… занимался озеленением садов за Кремлевской стеной. Вот и получается неслыханное противостояние: Белый дом против Кремля.

Война и мир двух кланов

Катерина и Александр познакомились благодаря родителям. Но семьи их друг друга изначально ненавидели лютой ненавистью. Пронины и Шашенковы были прямо как Монтекки и Капулетти. И так же, как герои эпохального произведения Шекспира, жили в одном городе — только те в Вероне, а наши в Курске.

— Мы знали друг друга, не могли не знать, потому что занимали высокое положение, — начинает Людмила Шашенкова. — Но у нас были, скажем так, разные взгляды на жизнь. Владимир Пронин тогда был начальником УВД Курской области. Я владела транспортным предприятием, а муж был директором местного спиртобъединения. Так вот, мы были в зоне внимания силовиков, были постоянные проверки и т.д. Когда у меня возник имущественный спор с одним бизнесменом, еще до решений арбитражных судов и Верховного суда, куда мы подали иски, нас стали выселять из здания. Причем особенно не церемонились — били стекла прикладами автоматов. Словно террористов захватывали. Был большой шум, об этом скандале писали местные газеты.

У Прониных росли два сына, а у Шашенковых — две дочери. Вскоре Шашенковы получили предложение поработать в Москве и переехали туда. Но провидение не собиралось «разлучать» эти две семьи — вскоре уехали в столицу Пронины.

Евгений Шашенков стал начальником Департамента пищевой и ликеро-водочной промышленности Минсельхоза, потом — вице-президентом Росспиртпрома РФ. Его супруга Людмила возглавила Дом приемов Правительства РФ. Владимир Пронин начал работать начальником УВД Юго-Восточного округа, а потом (это случилось буквально за месяц до свадьбы) стал главой ГУВД Москвы.

— В Москве я встретился с Прониным во время очередных посиделок курского землячества, — рассказывает Евгений Шашенков. — Был без супруги — там общались исключительно мужской компанией. С этого момента и завязались какие-то приятельские отношения. Я был у Пронина дома пару раз, выпивали, болтали. Жена моя Людмила была сначала категорически против этого, памятуя старые разногласия.

Пронины знали, что у Шашенковых есть старшая дочь — ровесница их сына Александра, что девушка учится в МГИМО, умница и красавица. В общем, Пронины решили познакомить детей и, так сказать, породниться семьями.

Александр Пронин пригласил девушку на встречу, а та пришла туда со своей младшей семнадцатилетней сестрой — высокой стройной блондинкой Катей. Александру она сразу понравилась — скромная, тихая, идеально подходящая на роль жены.

— Это случилось 9 мая 2002 года, а уже на 24 января 2003 года назначили свадьбу Саши и Кати! — восклицает мама. — Мы, конечно, были в шоке. Катя до этого ни с кем не встречалась. То есть он был первым мужчиной в ее жизни.

Почему не воспротивились идее породниться? Может, потому, что пришли Пронины всей семьей на поклон, свататься. С подарками, песнями, с улыбками и просьбами забыть прежние ссоры. Настоящее русское сватовство по всем традициям было апофеозом победы Шашенковых. Монтекки и Капулетти закопали топор войны.

Развод, разрыв, раздел

Незадолго до встречи с Катей Александр Пронин развелся с первой женой Юлей. Она была простой девушкой из бедной семьи.

— После развода она сразу лишилась московской прописки и чуть было не лишилась ребенка, — рассказывает Катя. — Как-то Владимир попросил меня сходить в суд, где шел процесс по сыну. Адвокат ему сказал, дескать, шансов больше выиграть, если заявить на суде, что вот уже есть новая полноценная семья и будущая жена (то есть я) не против воспитывать этого ребенка.

Тогда я заметила, что нельзя отбирать дитя у матери, но он объяснил, что иного пути нет: она якобы не дает ему общаться с сыном, а сама — плохая и гулящая. Родители тогда отговаривали Сашу: мол, есть новая семья — будет еще ребенок. Однажды он вернулся потерянный и рассказал, что якобы на прием к отцу в ГУВД приходила бывшая жена и принесла ДНК-экспертизу, доказывающую, что ребенок не его. На этом все и закончилось. Странная была ситуация. Но когда я родила Стефанию в 2005 году, муж стал месяцами пропадать в Курске на строительстве объектов. И однажды мне позвонила Юля, заявила, что все это время он проводит с ней и их сыном, который похож на него как две капли воды. Прислала фото.

Разразился скандал. Семья Шашенковых пригласила на разборку семью Прониных. Словесная перепалка Монтекки и Капулетти закончилась примирением: сошлись во мнении, что Юля все придумала, а молодую семью нужно во что бы то ни стало сохранить.

Но ничего не вышло. В 2009-м молодые Пронины все-таки развелись.

— Это была инициатива Саши, — рассказывает Катя. — Ему не нравилось, что я не хотела бросать работу (хотя семье я уделяла много внимания). Он мне сказал: «На кухне, на столе, лежит заявление о разводе. Иди подпиши. Я уезжаю на три дня в Курск, за это время ты, няня и ребенок переедете в квартиру».

«Она не занималась ребенком, все время гуляла», — заявит потом (в декабре 2016-го) на суде Александр Пронин.

Как бы то ни было, в тот момент никто не спорил по поводу того, что маленькая Стефания должна была остаться с матерью.

Накануне развода Пронины подписали два документа: брачный договор и соглашение об уплате алиментов и определении места жительства.

«Стороны пришли к соглашению, что ребенок вплоть до совершеннолетия будет проживать вместе с матерью в своей квартире в Весковском переулке…»

— За это Катя обещала отписать Прониным все имущество, которое они на нее оформляли, — говорит Людмила Шашенкова. — Она так и сделала. Подписала договор дарения, где одариваемым был сам генерал Владимир Пронин, а наша Катя — дарителем. Единственное, что они забыли, — про участок земли более чем в 300 гектаров. Потом генерал Пронин о нем вспомнит, но Катя уже будет вести войну за ребенка, так что откажется отдавать надел (и сейчас по этой земле идут суды, экс-начальник ГУВД Москвы уже одержал первую победу, но бывшая невестка собирается обжаловать решение).

С тех пор Катя жила со Стефанией в Весковском переулке. Девушка устроилась руководителем гостинично-офисного комплекса, но за работой не забывала о дочери, каждую неделю у них были походы в театры, цирки, экскурсии. Папа, уехавший жить на Кипр, навещал дочь несколько раз в год.

5 лет пролетели незаметно. Катя за это время замуж не вышла. Александр тоже семью не создал. А вот в жизни их родителей за это время случились серьезные перемены. Генерал Владимир Пронин устроился работать в Управление делами Президента РФ. По долгу службы он курировал озеленение Кремля и Александровского сада.

«Раньше людей сажал, а теперь цветы», — пошутил он, когда я, как журналист, делала репортаж о «зеленых посадках» в Кремле.

— Дом приемов правительства тоже принадлежит Управделами президента, — говорит Людмила Шашенкова. — Так что мы с Прониным работали по факту в одном ведомстве. Однажды я ему позвонила по служебному телефону, представилась. Он на это: «Опа!» Думал, наверное, что я про наших детей начну говорить. А я ему: «Это исключительно по работе. Распорядитесь поставить в Дом приемов кустарники для высадки по периметру». Должна признать: кусты он прислал и рабочих, которые их высадили. На этом общение и закончилось.

В 2013 году Александр Пронин предложил бывшей жене Кате снова жить вместе. Но не в Москве, а в особняке на Кипре. Девушка сопротивлялась — бросить все и уехать за границу с человеком, который уже однажды ее оставил? Но родители с обеих сторон настаивали: хоть ради ребенка попробуй! В общем, Катя переехала, устроила Стефанию в школу на Кипре, подписала согласие на то, чтобы девочке дали вид на жительство. Но совместная жизнь с бывшим мужем не задалась. Жили в одном доме как чужие люди. Он — по командировкам, она сидела с ребенком.

В июле 2014 года на Кипр собрались родители Александра.

— Я думаю, что у них было неприязненное отношение ко мне после развода, — рассказывает Катя. — Вот он и попросил: «Уезжай на пару недель. Они не хотят тебя видеть и общаться. Ребенка оставь — родители едут специально, чтобы с ней повидаться». Я уехала в Россию. Каково же было мое удивление, когда выяснилось, что в квартире сменили все замки (до сих пор не могу туда попасть!). Саша мне заявил: «Мы в твоих услугах больше не нуждаемся. Ребенка ты больше не увидишь. На Кипр не возвращайся — я написал в миграционную службу на тебя заявление». Мне дали понять, что если я начну бороться за Стефанию, то произойти может все, что угодно — наркотики, тюрьма.

«Мамочка, я очень хочу жить у тебя…»

Декабрь 2016 года, Тверской суд Москвы. Почти шесть часов идет опрос свидетелей. Здесь все — няни, водители, соседи, друзья, родители девушки, сам Александр и Катя. Нет только Прониных-старших.

Что здесь происходит? Делят ребенка. Маленькая Стефания живет на Кипре. Ее нынешняя няня рассказывает, что у девочки есть все, она занимается в кружках и секциях, весела и здорова. Но на вопрос Кати отвечает суду:

— Да, она скучает по маме. Она хотела бы видеть ее.

— Кто не дает матери навестить дочь? Самолеты на Кипр летают 5 раз в день! — замечает Александр Пронин.

Катя на это парирует: мол, ей не разрешают даже по телефону общаться с дочерью. Предоставляет суду скриншот SMS-переписки с бывшим мужем и няней.

«Дай мне поговорить с дочерью».

«Почему я не могу поговорить с дочерью».

«Ты не берешь трубку».

Выясняется, что все телефонные переговоры мамы со Стефанией были только через папу или няню. Напрямую общаться Кате не давали. Девочку не привозят в Москву, не дают маме даже на каникулы. Не видят внучку и Людмила и Евгений Шашенковы.

Но и сам отец, судя по словам няни (они есть в переписке между ней и Шашенковыми), не часто бывает дома с дочерью, а когда бывает, то приводит много гостей. «Завтра снова гульки. С утра гости. А потом истерика с уроками в школе», — пишет няня.

Но Александр Пронин и его адвокат на суде, напротив, заявляют, что аморальный образ жизни якобы ведет именно Катя, и приводят свои аргументы: родители ее объявляли в розыск, пытались выписать из своей квартиры, сами обращались в полицию с заявлениями, чтобы ребенка ей не давали…

Как же так?

— Когда Катя вернулась в Москвы и не смогла попасть в свою квартиру, она не рассказала нам обо всем, — поясняет на суде мама. — Она какое-то время жила у друзей. Когда меня вызвали в полицейское подразделение по делам несовершеннолетних и показали письмо Кати к президенту Владимиру Путину, где она просит помочь ей вернуть ребенка, я была в негодовании. Я правда боялась, что Катя связалась с нехорошими людьми и это опасно для внучки. Это уже потом выяснилось что Катя жила у мужчины, с которым они, кстати, сейчас официально расписались.

«Мамочка, я очень хочу жить с тобой», — шепчет детский голосок. Катя записала то, что ей говорила дочка, на телефон. Но в суде это не аргумент. Катя просит привести девочку на суд из Кипра. Судья Мария Москаленко почему-то в этом отказывает, даже несмотря на поддержку органа опеки…

Александр Пронин упирает, что у бывшей жены нет такого комфортного жилья, как у него на Кипре (в переписке с ней он называет ее семью нищебродами). Шашенковы-старшие в ответ обижаются, показывают суду документы на свою роскошную четырехкомнатную квартиру в центре Москвы…

Если уже люди с таким положением и такими связями, как у них, не могут ничего сделать, чтобы вернуть дочери ее имущество и, главное, внучку, то что говорить о других?

Ева МЕРКАЧЕВА.

Поделиться:

Об авторе

admin

admin

Популярное

Sorry. No data so far.

Курсы валют

USD17,10–0,02%
EUR19,40+0,05%
GBP22,33+0,01%
UAH0,63–0,01%
RON4,08–0,07%
RUB0,26+0,20%

Курс валют в MDL на 20.02.2019

Архив